Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

(no subject)

"Полуорлов. Одно дело, когда ты повязан, боишься, как бы не потерять, а когда ничего нет, тогда и чувствуешь себя человеком! Вот еще Гегель в «Феноменологии духа» говорил…
Адамыч. Нищему пожар не страшен". (М. Рощин. Старый Новый год)

Давно хочу понять, у Гегеля и правда про это?

(no subject)

Интересно, кто-нибудь сравнивал романы: Германа Гессе "Сиддхартха" (1922) и Томаса Манна "Доктор Фаустус" (1947)?
Оба романа о трудном пути духовного аскета и необходимости жертвовать любовью и привязанностью (даже отеческой) ради достижения вершин духа/творчества. С одной лишь разницей - у Манна аллегория распространяется на сравнение со целой страной.

о метафизике: Шрпенгауэр, Ницше, Хайдеггер

«Под метафизикой, — писал А. Шопенгауэр, — я понимаю мнимое знание, которое выходит за пределы возможного опыта, т.е. за пределы природы или данного явления предметов, выходит для того, чтобы дать то или другое объяснение относительно того, чем обусловливается этот мир или эта природа в том или другом смысле; или, говоря просто, объяснение того, что прячется за природой и дает ей возможность жизни и существования». Любая М. говорит о совершенно др. миропорядке, о порядке вещей-в-себе, где теряют свое значение все законы этого мира явлений.
Шопенгауэр считает, что есть некая, всегда актуальная метафизическая потребность человека, что физика, т.е. попытка естественного изучения явлений, всегда упирается в М., как бы презрительно первая ни относилась ко второй, ибо физическое знание никогда не может достигнуть начального звена всей подлежащей объяснению цепи причин и следствий. Любые действующие причины основываются на чем-то совершенно необъяснимом — на первоначальных свойствах предметов и обнаруживающихся в них силах природы. Философия, которая пытается ограничиться физикой и отвергает М. как мнимое знание (прежде всего материализм), — это излюбленная, по Шопенгауэру, философия цирюльников и аптекарских учеников. На деле, чем более успешно развивается физика, тем настоятельней возникает потребность в М., чем полнее и точнее исследуется сущность отдельных вещей, тем больше всякое исследование нуждается в объяснении общего и целого.

Существует и др. тип истолкования М., берущий свое начало у Ф. Ницше и наиболее ярко и последовательно выраженный М. Хайдеггером. М., по мнению Ницше, положила начало ложному удвоению мира, его делению на мир истинный и мир ложный, мир сверхчувственный и мир чувственный. Отсюда возникает и Бог как онтология и мораль, навязывающая человеку определенные, свыше установленные правила, возникает учение о резком противопоставлении субъекта и объекта. М. подавляет человеческую свободу, заставляет его покоряться невидимым идолам — отсюда рано или поздно наступающий нигилизм, неверие в вечные ценности, усталость европейского человечества. «Истинный мир» в конце концов теряет свою привлекательность, он не спасает, ни к чему не обязывает, «истинный мир» и Бог становятся бесполезными идеями, которые необходимо упразднить.
Для Хайдеггера М. — не филос. учение и не какая-то отдельная дисциплина философии, а отношение к сущему в целом, истина о совокупном сущем, т.е. то или иное истолкование поверх познания определенных моментов, видов, классов, всего существующего как такового. Метафизическое суждение не может быть последовательно выведено из наблюдения и познания конкретной действительности, оно опирается на решение человека как свободного существа. Человеческие сообщества всегда возникают вокруг того или иного ответа на метафизический вопрос: для чего есть сущее. Философия Ницше несет с собой, согласно Хайдеггеру, завершение М., потому что разоблачает все ранее дававшиеся ответы на вопрос о смысле сущего как необоснованные, спекулирующие в пустоте и вызванные наивностью человеческих представлений о себе самом. М. — это пространство исторического свершения, пространство, в котором судьбой становится то, что сверхчувственный мир, идеи, Бог, нравственные законы, авторитет разума, прогресс, счастье большинства, культура, цивилизация утрачивают присущую им силу созидания и начинают ничтожествовать. М. должна быть преодолена, нужно перестать смотреть на наш мир как на проходной двор и некую потусторонность, нужно искать действительные бытийные основы человеческого существования.

Чехов агностик

Читая биографию Чехова Рейфилда наткнулась на цитату из письма Чехова о вере: "Запись в дневнике раскрывает его кредо — агностицизм: «Между „есть Бог" и „нет Бога" лежит громадное поле, которое проходит с большим трудом истинный мудрец. Русский человек знает какую-либо одну из этих двух крайностей, середина же между ними не интересует его; и по¬тому обыкновенно он не знает ничего или очень мало.<...> Равно¬душие у хорошего человека есть та же религия».
Мне это очень близко. Значит, я агностик. Потому что так оно и есть: единственное, в чем я уверена и что я знаю, это что ни хрена не знаю и не понимаю. Все остальное от лукавого.

платоническая ненависть Маркса к Герцену

стала размышлять: вот есть платоническая любовь. с этим более-менее понятно, а интересно, есть ли платоническая ненависть. только я собралась присвоить этот каламбур, но природная скромность заставила меня обратиться к поиску в сетевой сокровищнице и обнаружила я там, что это выражение придумала вовсе не я, а Герцен: «вся эта ненависть со стороны Маркса была чисто платоническая, так сказать, безличная – меня приносили в жертву фатерланду - из патриотизма». Оказывается, Маркс испытывал платоническую ненависть к Герцену, потрясающе.
("слюшай, я испитываю такую неприязнь к потерпевшему, что кушать не могу!")