sting_nettle (kodzujoro) wrote,
sting_nettle
kodzujoro

Корни

Михаил Петрович много работает. С утра он просыпается, шаркает в туалет, освобождает кишечник и мочевой пузырь, чистит зубы, умывается. Он не каждый день принимает душ. Экономит воду, не так давно он поставил счетчик. Квартира не приватизирована, поэтому ЖЭК установил счетчик на воду бесплатно. Михаил Петрович порадовался своей смекалке. И теперь он точно знает, сколько потратил кубов воды. Экономия в мелочах его всегда завораживала. Работал он редактором. 40 лет назад он сидел в редакции толстого журнала, чаще дома, за письменным столом перед стопкой пухлых гранок или версток. Он с удовольствием черкал молодых сорокалетних авторов, ставил размашистые волны и вопросы, придумывал едкие комментарии, упражняясь в остроумии... "Приводит в недоумение и концовка рукописи. Почти все страницы огромного материала повествуют о трудностях работы оленеводов (они и недосыпают, и недоедают), и вдруг в конце автор заявляет, что оленеводческая бригада это тот же детский сад, в котором директор (совхоза) и вертолет закажет, и батарейки привезет на стойбище, а заболеешь - прилетит вертолет санавиации. Никаких проблем. Проснулся, поел, отправился в стадо, побегал за оленями сколько там нужно. Возвратился на стан - мяса, масла, чая, сахара - всего вдоволь". Потом с коллегами они любили зачитывать перлы из самотека рукописей под стаканчик дагестанского коньяка.
Но последние 15 лет он работает на дому, издательство настолько крошечное, что там, в подвальном помещении, могут поместиться только бухгалтер и книжный распространитель (иногда в шутку они зовут его книгопродавцем), который вечно сидит на телефоне. Иногда туда наведывается завредакцией, женщина лет 48. Именно к ней приходят всевозможные заштатники, чтобы получить аванс или заказ: корректоры, редакторы, верстальщики, и очень редко художники. Книги с картинками выходят только детские.
Недавно Михаил Петрович получил довольно крупный заказ, Энциклопедию православной кухни, работа растянулась на два года, и два года он практически перестал выходить из дома, еду заказывал в Утконосе, одежда, ну так какая одежда дома – два тренировочных костюма, купленных на рынке в 96-м, сносу им не было. Один зимний, потеплее, другой летний, хэбэшный. Так он их и менял сезонно.

Сидя на унитазе Михаил Петрович почувствовал характерный зуд и жжение в сфинктере. «Гемморой», - подумал он. «Где-то были свечи в холодильнике». Он заглянул в унитаз, но крови не увидел, зато заметил какой-то странный светлый отросток. Михаил Петрович надел очки, всмотрелся, отросток не шевелился. Редактор заволновался. Он много читал в Интернете про разных паразитов, особенно его пугал свиной цепень, который когда-то подхватил его отец. Крепкий коренастый крестьянин, он любил пить свиную кровь, кровь быстро схватывалась, густела, кружка покрывалась пенкой свернувшихся эритроцитов, маленького Мишу начинало рвать от одного запаха крови. «Эх, дристун ты Мишаня» - вздыхал отец и прикладывался к кровавой кружке. «Это ж витамины». - Облизывал он кровавые губы. Потом он долго рассказывал, как приобщился к крови на Севере, оленеводы кормили его строганиной, мороженой рыбой и оленьей кровью. Только так можно было спастись от цинги.
Но с какого-то момента отец стал толстеть, при этом ему вечно хотелось есть, по ночам его охватывали судороги, он покрывался холодным потом, вскакивал с лавки, пугая мать, бросался к бочке с водой, пил и поливал на голову, повторяя: «буууууза, буууза!» потом опять валился и так по три-четыре раза за ночь. Потом у него начался понос с кровью. Мать испуганно крестилась у красного угла и бормотала что-то про заговор и ведьму Кружилиху. Приносила от нее какие-то снадобья, ходила в церковь, приводила попа, румяного улыбчивого отца Василия, толстомордого, тоже с огромным животом, но румяного и здорового. После молебна о здравии он долго сидел с отцом, пил с ним самогон и что-то доказывал поднимая толстый, как сарделька, палец.

- Найдите главную причину. Скажите ее всем. - его высокий, почти бабий голос неприятно контрастировал с богатырским обликом. - И тогда может начаться что-то другое. (пауза) Знаете, в любом народе, когда найдется герой, да? который жизни своей не пожалеет, да? вот тогда с этого момента начинается какое-то изменение, да? он становится тем семенем, из которого прорастает нечто доброе, хорошее. А пока нету этого, пока нету героев, ничего не будет.

- Ну и в чем она, эта причина? – спрашивает отец и морщится от геморроя.

- А вы начните правду искать! Как бы она тебе ни была больна, неприятна, нужно ее признать, а уж потом начиная с этой точки, с признания правды, начинать строить все остальное. Вот тогда возможно что-то. Потому что причина всех физических явлений они все духовные.

Продолжение следует.
Tags: рассказики
Subscribe

  • (no subject)

    Авеню 5, а виню опять.

  • (no subject)

    Хэролда Блума «Страх влияния» (Harold Bloom. The Anxiety of Influence: A Theory of Poetry. OUP, 1973). Русский перевод: Екатеринбург: Изд-во…

  • (no subject)

    Ба, я в Баку! Лежу на боку.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments