March 26th, 2010

"Первый мужчина" - первый спектакль Театра.док.

Вчера (спасибо Ольге Михайловой) побывала на 200-м показе вербатим-пьесы Елены Исаевой "Первый мужчина".
Зал был битком набит, так что пришлось сидеть на полу, но это того стоило )

Модератором была Ольга Михайлова, которая перед началом спектакля коротко рассказала об истории создания этой пьесы: как и автор, и затем режиссер, и все, кто принимал участие в этом вербатим-проекте, были шокированы заданной темой. У нас ведь, как известно, что не названо, того и не существует вроде. Так в советские времена в стране не существовало секса, сейчас продолжает не существовать инцеста, педофилии, насилия в семьях.
Так что спектакль "Первый мужчина" - чуть ли не единственный на сегодня на эту скользкую и неприятную тему.
В Америке не боятся рефлексировать в кино на подобные темы, все-таки привычка ходить к психоаналитиком оказывает благотворное влияние на культуру в целом. Главное, с чего начинается борьба с проблемой, - это ее проговаривание.
Вот вчерашний спектакль и стал своего рода сеансом психотерапии для трех героинь пьесы, а заодно и для зрителей. Чувствовалось, что зал слушал исповеди трех женщин, травмированных этой странной любовью-зависимостью к своим отцам, с замиранием сердца, с сочувствием. У каждой героини (а истории, записанные 7 лет назад, подлинные) своя история. До какого-то момента каждая девушка называет отца очень маркированным для данного контекста местоимением "он" (вспомним пушкинское "я ей не "он"). И когда появляется слово "папа", испытываешь шок. И каждая рассказывает о любви к папе, о болезненной привязанности, которая, по словам детского психотерапевта Александра Колмановского, является импринтингом, определяющим всю дальнейшую жизнь этих девочек. И мы понимаем, что никакой нормальной личной жизни и взаимоотношений с другими мужчинами у них уже не будет, и в этом главная трагедия.
Во время обсуждения после спектакля психотерапевт Сергей Белорусов совершенно точно назвал этот вид триалога - психопатологической драмой.
Другие эксперты в области психопатологий называли показанные отношения пародией на любовь, основанной на сильно заниженной самооценке девочек, чувстве вины, а отсюда возникает бессознательная провокация со стороны детей, а потом опять чувство вины, потому что, взрослея, они понимают, что их отношения к отцам это антинорма, запретное, табуированное, потому что ведь отец "отдергивает руки", которые он совал в целях "сексуального воспитания" под одеяло своей дочери.
Образ отцов в этой драме это особая тема. Взрослый человек, поощряющий, допускающий и провоцирующий такие отношения с собственной дочерью, - это за гранью добра и зла, такой человек тоже травмирован был в детстве. А отсюда возникает дурная бесконечность и неразрешимый конфликт двух сил любви, как точно подметил А. Колмановский, и здесь можно обозначить еще одну важную тему - тема границ личной территории, которую отметил журналист Х. (к сожалению, не запомнила его фамилию).
В завершение обсуждения Ольга Михайлова еще раз подчеркнула, что в нашей стране вообще проблема уважения границ, личной территории, куда не могут вторгаться ни мама, ни папа, ни супруги, ни дети, - в нашей стране это, возможно, основная причина, из которой потом возникает и все остальное, - неуважение к себе, друг к другу, на всех уровнях, в том числе и на уровне "человек - власть".
И тот факт, что этот спектакль идет уже 7 лет (беспрецедентный случай для Театра.док), говорит о том, что его актуальность вечна и он достоин широкой площадки. "Нас с этим спектаклем надо по стране возить, - сетовала молодая актриса Юля, исполнявшая роль в "Первом мужчине". - В Варшаве, например, люди были потрясены от увиденного и благодарили, что мы говорим о таких вещах".
Ведь так или иначе, но все наши проблемы происходят из детства. Согласно Юнгу, личность девочки (анимус) формирует отец, личность мальчика (анима) - мать. И как знать, какой детский ад вытеснен в подсознание миллионов женщин и мужчин, не способных создать нормальную семью, найти вторую половину, встретить настоящую любовь?