sting_nettle (kodzujoro) wrote,
sting_nettle
kodzujoro

Categories:

Любимовка-2010. 6 сент. «Мартовские иды». Авт. М. Крапивина, реж. Елена Новикова

Обсуждение

С. Новикова (критик). Это очень женский текст… Но я не очень понимаю, почему это пишется как пьеса, когда это проза, красивая, написанная хорошим языком, и в общем даже на слух это хорошо даже воспринимается, но это проза, которая, на мой взгляд, недостаточно театральна. Я оставляю этот вопрос, может быть, автор в конце ответит на мой вопрос, почему автор считает, что это пьеса. Мне это непонятно. Потому что если это показывать, это будет убийственный ряд и, может, автору и кажется, что это хорошо, но он, действительно разорвет трогательность этого текста, потому что мы увидим какие-то ужасные вещи, как ведут эту женщину, под руки, как она обмочилась и залила брюки соседу, и так далее, то есть вся эта вещь производит отталкивающее впечатление, а так, в виде текста, эта вещь трогательная.

С. Лавлинский (доцент РГГУ). Я бы хотел обратить внимание на форму. Мне кажется, что это пьеса и она, на мой взгляд, связана с традициями монодрамы, в таком точном смысле этого слова. Я не критик и не оцениваю это с точки зрения мастерства текста, а обращаю внимание на специфику формы, в таком постевреиновском контектсе. Все, что здесь изображено, это не что иное, как предмет одного сознания, в данном случае героиня не сама по себе существует, а в кругозоре вот этих героинь, и она сама в своем прошлом и так далее. И мне кажется, что такого рода тексты очень интересны для сценического воплощения. Другое дело, что сценическое воплощение должно быть каким-то иным. Может быть, к традиции Евреинова имеет смысл обратиться, поскольку он настаивал на том, что идеальный зритель должен воспринимать идеально представленного героя на сцене, которого исполняет соответственно актер, таким образом, чтобы он в данный момент воспринимал только то, что человек на сцене показывает, а в данном случае показано вот это одно сознание, сознание расколотое, сознание конфликтное, но тем не менее мне кажется, хороший режиссер это может интересно поставить.

О. Шишкин (писатель, историк, ведущий). Расколотое сознание персонажа <проявляется> в такой непоследовательности, потому что человек говорит одно, а потом другое, и очень часто мы сами носим в себе несколько таких вот функций, скажем я хороший – я злой. Мне нравится даже физиологичность этой истории, и мне кажется, что иногда можно и поддать, чтобы это <заострить> конфликт между идеальным героем, матерью (ой какая хорошая!), и тем настоящим человеком, который не стремится любить в рамках моральных каких-то устоев и находится в согласии той истиной, которая (человеком) исповедуется.

М. Егоров (режиссер). Мне показалось, что местами это как-то запредельно, слишком честно какие-то вещи говорятся, мы не всегда привыкли знать о человеке так, что человек думает и что в его голове, и мне это очень нравится. И еще для меня было неожиданно такое детское ощущение, вот тебе рассказывают сказку, а тебе хочется знать: а дальше? Вот этот момент «а дальше?» про эту жизнь, тебе вдруг становится интересно слушать, и ты ее видишь, ты видишь через одно окошко, через одно сознание, и это предельно честно изображается, да, субъективно, но на самом деле все не так, но ты видишь, как это видится этому человеку, а ты можешь объективную реальность сам себе выстроить. Как это делать на сцене, я не знаю, но, наверное, это интересно.

А. Зензинов (драматург). Я согласен со Светланой Новиковой, что текст, конечно, женский. Не потому что это какая-то особая женская манера изложения, в ругательном смысле, женский роман, например. Этот текст женский потому, что у нас, у мужской части России, тема матери предельно табуирована, то есть, кого ты ни возьми, от олигарха до уголовника, с опытом десяти ходок, который 10 человек зарезал и трех изнасиловал, он тебе скажет, что мама это святое, маму ты ни-ни, Боже упаси, все можно трогать, все можно делать, нельзя только вот говорить об этом. Мне приходилось брать интервью у мужчины, который рассказывал о том, как мать изломала ему жизнь. И это сопровождалось чудовищным внутренним сопротивлением, хотя ему нужно было высказаться. И понятно, что эта тема изломанной жизни по вине (или благодаря) матери может быть написана, на мой взгляд, при всех тех запретах, которые у нас существуют, только женщиной - так вот беспощадно и честно это препарировать. Я тоже уверен, что это монопьеса, в которой может быть одна героиня, а может быть, и несколько присутствует, но это, безусловно, вызовет отклик, интерес, шок, возмущение и благодарность.

Р. Маликов (режиссер). Мне в принципе интересны такие моноложные тексты, они всегда сложны, нам всегда не достает действия и еще чего-то, но мне кажется здесь конфликт проведен по какому-то своему пути, но он проведен точно, и она к этому приводит, и я все это почувствовал.

М. Угаров. Если это монодрама, то мне страшно неинтересно. Если поставить физический протокол событий (эта девушка, с каким-то кунилингусом, ну и дальше… все произошло), то тут чудовищный наплыв отвратительно красивого текста, отвратительно! она лежала, как пирамида, я уже устал от этого. До конца я не понял автора, интересно или неинтересно, и с самого начала мне все ясно: да, это вызовет мое сочувствие, более подробные моменты, ну и все - восприятие закончилось. Интересно, когда героиня, вот сейчас я здесь не понимаю, кто здесь автор, она героиня или нет? Потому что на самом-то деле ей это отвратительно, этой девушке, что она делает, это упреждение упрека, ты открываешь рот, хочешь человеку сказать: сука! а он это понимает и говорит: ты еще не знаешь, какая я сука, но только молчи, только молчи. В данном случае собеседник как совесть. Но тогда автор должен это делать еще более отвратительно, а здесь ужасно интеллигентское сознание, красивая оберточка… Или если способ психологической защиты, тогда это делается интересно, тогда я не понимаю, на чьей я стороне, у Стриндберга «Слово безумца в свою защиту», тогда я вдруг догадываюсь, что автор не такая уж овечка, как мне поначалу пытается впарить: сейчас я расскажу ужасную историю, как мне жена изменила - тогда это роман! тогда что-то происходит, когда я вижу, где тут конфликт. Может быть, это и написано, но тогда я бы советовал, если так, то идти дальше, потому что сейчас я субъективно прочитал только возможные намеки.

А. Железцов. У меня ощущение, что текст все-таки незакончен, он как бы оборван где-то на середине, вот я согласен с тем, что говорил Миша, в принципе тот образ родителей, который у нас есть, конечно же, не совпадает с тем, что на самом деле, и это понятно и не сильно грамтоным и образованным людям. Но есть некоторый зазор. Вот есть странная двойственность: с одной стороны, что происходит с нами со всеми, мы проживая жизнь со стремлением не быть похожими на родителей, на каком-то этапе это удается, но к концу жизни человек все больше и больше становится похож на своих родителей, на представителя своего этноса, племени. И вот эту героиню, может быть, ее может ужаснуть простая мысль, поскольку моя матушка спилась и перестала быть похожей на человека, то это, вполне возможно, будет и со мной. И тогда ее интерес к жизни матери будет качественно другим.

<Василий Литвинцев(?)>. Мне показалось, что это очень классическое произведение русской классической литературы. Оно действительно написано замечательным языком, хорошей классики, хорошей прозы. И мне показалось, что эта пьеса про нежность. И может быть, те грубости, которые там были, это просто попытка остранить себя, ситуацию, попытка посмотреть на нее со стороны, специально ее огрубить, внести какой-то травматизм, но на самом деле в итоге оказывается, что это очень гуманистическая вещь про любовь, про нежность, которая остается несмотря ни на что.

О. Михайлова (тьютор). Мне кажется, этот текст написан в русле того, что мне представляется одним из признаков современной драмы. Михаил Угаров часто говорит, что сюжет не нужен, сюжет неинтересен. И действительно, сюжета как такового в этой пьесе нет, и тем не менее это пьеса. Мне кажется, совремнная драма занимается крупным планом. На самом деле нам не очень интересно, кто кого убил, а вот чувства этого человека и как он реагировал, и что было до и после и внутри процесса, этот крупный план очень интересен. И мне хочется сказать спасибо режиссеру, который точно показал объем того что здесь происходит, разбив героиню на трех персонажей. И мне показалось страшно интересным, и то, о чем говорил Угаров и все остальные, вот это правильное естественное отношение, ну она, ну вот это что? как я могу это любить, вот это вот?
И единственное замечание, которое у меня есть, это некоторая скороговорка, которая появляется в конце текста: ну все понятно, сейчас мы быстро закончим, а на самом деле это неправильно, потому что это состояние жалости, любви, оно приходит слишком быстро. Мне показалось, что героиня слишком быстро перешла к стадии любви и так далее, мне бы хотелось, чтобы она ее схоронила: боже мой, мне кажется психологически боле точно – ну слава Богу, умерла, хоть отмучилась, от этих звонков, от этой помощи, эта тетка, которую она задействовала, хоть тетка вздохнет.
И на самом деле история получилась про то, что любовь существует вопреки житейской логики. А житейская логика такова – не люби никого и любить кого бы то ни было абсолютно бессмысленно и непрактично, это хлопоты, головная боль, какие-то крошки от всей этой любви возникают, шелуха, от любви ничего хорошего не возникает, а без любви все отлично, все отлично, кунилингус, (гуся сожрали), без любви с этим мужчиной все отлично, а с любовью, с матерью все тяжело, это даже шире, чем мать и мужчина, любовь это же вообще широкое понятие, то есть когда мы любим, это всегда хлопоты и неудобство, когда мы не любим, это хорошо и прекрасно, и мы любим, потому что нуждаемся в любви и вот этот вопрос, который возникает из этого текста, мне кажется, делает этот текст замечательным, и вот чуть-чуть бы подвинуть его в ту сторону пожестче, я согласна с Олегом Шишкиным.

Е. Новикова (режиссер). Мне тоже кажется, что это пьеса. Сначала, когда я прочитала этот текст, у меня тоже возникла мысль, что это какой-то кусок прозы, разбитый в сторону диалогами, героини, которая расстроилась. Она, с одной стороны, чувствует, что она виновата и берет на себя эту вину, с другой стороны, она обвиняет мать и есть третья сторона, как мне кажется, - как бы прошло много времени и она смотрит на это и видит вдруг что эта ужасная мать-алкоголичка это ее сердце, которое вскрылось: «Мое сердце начинает бешено колотиться, то ли от страха, то ли от жалости к себе». Очень интересен момент, когда героиня как бы просыпается, как бы начинает снова жить, потому что до этого она не жила.
Tags: Любимовка-2010, мартовские иды, новая драма
Subscribe

  • Рождество у протестантов

    Захотелось сходить на западную рождественскую службу. Пошли с Димой в евангелическую церковь св. апостолов Петра и Павла. Он говорил, что когда-то…

  • (no subject)

    Встала в районе 10 (легла около часу, но первый раз проснулась около 6, а потом еще раза два-три, пока не доспала). Досмотрела последнюю серию…

  • осциллограф

    прямая линия это смерть кривая линия это жизнь.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments